– Золушка, чего ждёшь: маминого
разрешения или прекрасного принца?
– Она нарочно осталась, чтобы её
искали. То же мне – спящая красавица!
– Добрый вечер, друзья! Сегодня мы
с радостью приветствуем Сибиль Мерсье, которая приехала в Лион, в свой родной
город.
Сибиль Мерсье ответит на ваши
вопросы после прекрасного фильма «Служанки», который вы посмотрели.
Я понимаю, сразу после фильма
трудно задавать вопросы, поэтому я коротко напомню вам о творческом пути нашей
гостьи, чья карьера впечатляет.
Сибиль Мерсье училась
драматическому искусству в Государственной консерватории...
Он здесь. Он пришёл.
Значит, он
не умер.
Тридцать лет я говорю: «У меня нет отца, нет его
снимков». Сочувствующим отвечаю: «Мне всё равно, что у меня нет отца.
У нас общего
– только фамилия».
– Я хотела показать, куда может завести любовь
к человеку, желание доказать, что ты есть. Если бы героиня не
чувствовала себя среди родственников белой вороной, она бы ничего не достигла.
– Почему Вы уехали из Лиона? Вы
решили, что здесь мало возможностей?
– Нет. Не совсем поэтому,
просто... мне предложили фильм в Люксембурге, и... я согласилась. Сценарий фильма «Служанки» мне
очень понравился. Меня покорила эта история трёх сестёр, которые так дружны.
– Он там был.
– Ты видела?
– Да.
– Ты уверена?
– Да.
<...>
– Ты говорила с ним?
– Нет, он не стал ждать.
– Он бы всё равно не остался.
– Почему?
– Он пришёл полюбоваться. Это его право...
законное
право. Но он не стал тебе докучать.
– Я этого не боюсь.
Что мне делать? Позвонить ему?
– Не знаю, что делать...
– Позвони, Сибиль. Так нельзя. Ты
всю ночь не спала.
– А как же мама?
– Слушай, это уже не твоя
проблема.
– А сёстры?
– Он приходил ради тебя. Это
касается вас двоих.
Он выбрал мой последний день в Лионе
– боится
встретиться ещё раз.
– Не знаю, пошла бы я...
– Я бы пошла, но чтобы он не
видел.
– Сядь за соседний столик, он тебя
никогда не видел. Послушаешь разговор, захочешь, подсядешь. Но не садись у меня
на виду, а то я расхохочусь.
– Представляю, ты скажешь:
«Здравствуй, Антуан» и до конца будешь хохотать.
– Только возьми столик, где можно
сесть напротив, не хочу сидеть рядом с ним.
Будет ругать маму, по морде дам.
– А я – промеж ног.
– Придётся пойти с вами.
– Три поросёнка и злой серый
волк...
– Скорее, три свиньи.
Мама звонила каждые пять минут.
Я не брала
трубку, боялась передумать.
Надо пойти, купить что-нибудь.
Что купить?
Неважно.
Главное – чем-то себя занять, не сидеть в
номере, дожидаясь двух часов.
Слушай, а не говори, и записывай,
потом ты будешь не в состоянии вспомнить.
<...>
Сбегай в туалет, чтобы
успокоиться.
<...>
Всё записывай.
Первая встреча за тридцать лет.
Не вини его.
Будь
спокойна. Не смущай его. Наверняка, у него ко мне много вопросов.
– Ты хорошо выглядишь.
А как тебе я?
– В каком смысле?
– Внешне как?
– Не знаю, нормально. Я Вас раньше
не видела.
– Я похудел.
– Да?
– Я был рад тебя видеть на
встрече. Ты – молодец.
А то я было начал сомневаться.
– В чём?
– Нормальная ли ты.
Издалека ты казалась чокнутой.
Нет, вижу: всё нормально, ты в
форме.
Рад за тебя, ты хорошо живёшь. В
тридцать лет не все так обеспечены.
Смотри, я храню твои снимки и все вырезки
из прессы.
– Как твои сёстры?
– Хорошо. Они знают, что мы здесь.
Возможно, придут.
– Хорошо, буду рад познакомиться.
– Вы женаты?
– Нет.
– У Вас...
– Других детей нет. Только вы.
...
Только мы. Немногого он достиг.
...
– Чем Вы занимаетесь?
– Ничем. Скоро на пенсию. Юность я
рисовал, творил, как ты. Но стать художником жизнь не позволила.
– Жизнь?
Странно...
В детстве я тоже рисовала, даже
была выставка в библиотеке...
Наконец, встретились, и сердце разрывается.
Сколько ему
было? Девятнадцать лет, а ей восемнадцать. Она приехала из Италии,
бежала от нищеты. И тут Он. Блондин. Француз. Талант. Она бросила родителей ради
него. Забеременела: раз, второй, третий. Он их не обеспечивал.
Был важен с
виду, но жалок. Между ним и нами она выбрала нас. Она выбралась и вытащила
нас.
– Кажется, у Анны кто-то есть...
– Да.
– Мне тяжело дался разрыв. Развод
в то время... Сейчас все разводятся, а тогда женились на всю жизнь. После Анны
я так и не женился, не мог.
Я был... как сказать... Я приехал
в Лион в девятнадцать лет и снял себе студию. Наверху жили её родители. Мы были
очень разными. В то время итальянцы... жили группами, а у нас... у нас люди
были более независимы... и мы не ужились...
– Пишите мне, я буду рад.
– Я не смогу – вечно в разъездах.
Пока найду открытку, ручку, адрес, уже надо бежать.
– Я бы и написала, но... не знаю
Вашего адреса.
– Зачем ты с ним так?
– Опоздали мы с этой встречей. Его фотография лучше.
– Думаешь, он приходил к нам,
когда вышибал дверь? Не будь нас, она бы ему открыла. Ты не поняла? Ему нужна
только мама.
– Думай, как хочешь. Это не твоё
дело, а мамино.
– Конечно. Мы мешали им, разве не ясно?
Она его
бросила из-за нас. Он был плох для её дочерей, даже без того, что пил.
Она принесла
жертву нам.
– Что?
– Да, именно жертву!
Плохо быть детьми эмигрантки и ещё хуже
детьми неудачника, пусть даже француза-красавца. Она сделала, что смогла.
– Ну, как?
– В общем, никак. Он такой...
довольно
блёклый... никакой... нудный, как дождь.
– А что сёстры?
– Они думают так же.
Мы поговорили о погоде, а когда
тема иссякла, разошлись. Он просил нас писать.
– Вот нахал!
– Мы отказались.
– Он вас расспрашивал?
– Да.
– Вы сказали, что у меня кто-то
есть?
– Да.
– А он что?
– Он был доволен.
– Неужели, доволен?
Столько раз ломился в мою дверь...
Это удивительно... даже после твоего отъезда... Я вам не говорила, не хотела
волновать... <...>
Я долго старалась его забыть,
но... А он... устроил свою жизнь?
...
Ну, куда же ты? Ты не можешь
вернуться назад.
...
Он не один?
– Конечно.
Мы его не спросили, но тридцать
лет быть одному – невозможно.
– Как он тебе... внешне?
...
Несчастен, неотразим. И в двадцать
лет он был неотразим.
...
– Обычный. Не так уж мы с ним
похожи.
– В юности он был красавец.
– Нет, он некрасивый... совсем.
Банален до тошноты и при том сильно потаскан.
– О чём ещё вы говорили?
– Зря потеряли время.
<...>
– А я так боялась...
– Напрасно боялась, даже на
необитаемом острове мне было бы интереснее с деревом...
– Правильно, что я его бросила?